Уровень рождаемости в Литве в 2021 году упал до минимума, который превосходит даже самые мрачные прогнозы. Это очень плохая новость для Литвы, демографическая ситуация и перспективы которой уже давно не внушают оптимизма. Хотя ожидалось, что пандемия COVID-19 приведет к снижению уровня рождаемости, взгляд на последнюю демографическую статистику заставляет задуматься.
“Согласно последним данным Департамента статистики, общий коэффициент рождаемости в Литве в прошлом году достиг 1,34 пункта. Напомню, этот показатель относится к среднему количеству детей, у женщины детородного возраста. В 2020 году общий коэффициент рождаемости составит 1,48, тогда как в 2012-2019 годах он колебался между 1,6 и 1,7, а в некоторые годы достигал 1,74 пункта (2015 год).
Это было действительно хорошо, как с точки зрения анализа периода с 1990 года, так и в рамках сравнения с другими странами, даже со Скандинавией или Францией, у которых более высокие показатели рождаемости, чем у других европейских стран”, — сказала профессор кафедры социологии Университета Витаутаса Великого, старший научный сотрудник Центра демографических исследований УВВ, Аушра Маслаускайте.
В 2021 году общий коэффициент рождаемости снизился на 17 процентных пунктов по сравнению с 2019 годом и на 9 процентных пунктов по сравнению с 2020 годом.
На четыре тысячи детей меньше
Ситуация с рождаемостью в 2021 году несколько разнится с абсолютным числом рождений. В 2019 году, который знаменует окончание периода относительно высокой рождаемости, население Литвы пополнилось на 27 393 новорожденных по сравнению с 23 330 в предыдущем году, что на 4 063 ребенка, или на 15% меньше.
Ситуация 2021 года возвращает нас к началу 2000-х годов, когда Литва переживала беспрецедентную «впадину» рождаемости. В период с 2000 по 2007 год общий коэффициент рождаемости колебался в районе 1,2-1,3. Болезненные последствия этого периода проявляются уже сегодня, это видно по сокращению числа школьников, потенциальных и нынешних студентов, необходимости адаптации образовательной инфраструктуры и т.д.
Эти последствия отразятся также и на будущем, когда девушки, родившиеся в этот период, перейдут в детородный возраст, начнут работать, платить налоги и т.д. Следует также упомянуть связанную с этим запрограммированную убыль населения и его старение. Однако пока рано говорить о том, сохранится ли спад рождаемости, начавшийся в 2020 году и продолжающийся, как и в прошлом году, и когда и как будет достигнуто дно. Однако причины этого уже анализируются.
В Латвии и Эстонии уровень рождаемости был стабильным, в отличие от Литвы
Интуиция подсказывает, что рождаемость прошлого года является следствием пандемии COVID-19. Хотя в начале пандемии в социальных сетях появились рассуждения о предстоящем бэби-буме, демографы были настроены скептически и не поддержали эту точку зрения. Влияние предыдущих пандемий и крупных стихийных бедствий на рождаемость чаще носит ограничительный, чем стимулирующий характер. Однако данные из стран ЕС показывают, что первые два года пандемии по-разному влияют на рождаемость.
В 2021 году рождаемость в некоторых странах выросла незначительно (Франция, Германия, Финляндия, Венгрия), в то время как в других она значительно возросла (например, в Чехии зарегистрирован самый высокий общий коэффициент рождаемости с 1992 года). Даже в соседних Латвии и Эстонии прошлый год был отмечен стабильностью. Однако кривая рождаемости Литвы ставит нас в один ряд со странами, где рождаемость снизилась в период пандемии.
Что же произошло в Литве?
Для обоснованных аргументов необходимы подробные данные и анализ, чтобы понять, что и почему происходит в литовских семьях. Тем более, то поколение, которое родилось и выросло в независимой Литве, вступает в активную фазу создания семьи. Несмотря на отсутствие таких данных, можно рассмотреть некоторые гипотетические объяснения.
Литовцы склонны заводить детей в браке
Доля детей, рожденных вне брака, в Литве составляет около 25%. Если сравнивать с ситуацией десятилетней или двадцатилетней давности, то она снижается. На фоне других стран доля детей, рожденных вне брака, очень низка (для сравнения, в Эстонии доля детей, рожденных вне брака, составляла 58% в 2021 году). В Литве брак по-прежнему является главным условием для рождения детей. Несмотря на все новые социальные и культурные вехи в семейной жизни, мы остались тем обществом, в котором социальное и символическое значение брака практически не изменилось.
В 2020 году число первичных браков было рекордно низким (аналогичным 2000-2005 годам). Ограничения, связанные с пандемией, вероятно, побудили некоторых потенциальных молодоженов отложить регистрацию брака, что, в свою очередь, заставило их отложить и рождение детей. Таким образом, как ни парадоксально, наш социальный консерватизм в данном случае выступил в качестве фактора, ограничивающего рождаемость. Однако этот аргумент был бы позитивной новостью, так как позволил бы нам ожидать эффекта компенсации на рождаемость в ближайшем будущем.
Сокращение доступности жилья, в большей мере ударит по молодым людям
Если брак является предпосылкой для рождения детей, то жилье — предпосылкой для брака. По данным Банка Литвы, в 2021 году темпы роста цен на жилье были самыми высокими с 2007 года, в то время как индекс доступности жилья стагнировал в течение последних нескольких лет. Сокращение доступности жилья, скорее всего, в большей мере ударит по молодым людям. Им приходится тратить все больше времени на преодоление жилищного барьера, что сказывается на их решениях о создании семьи. Учитывая преобладание частного сектора на рынке жилья в Литве, трудно было бы ожидать здесь положительного прорыва.
Снижение числа первенцев — плохой знак
В 2021 году количество первых родов было рекордно низким. Первого ребенка женщина родили только в 43% случаев, по сравнению с долей первородящих, колеблющейся в районе 47-48% в течение последних двух десятилетий. 2021 год продолжил тенденцию сокращения доли первородящих с 2018 года и больше не говорит об эффекте пандемии. Доля вторых родов была такой же, как и в предыдущий пятилетний период, а доля третьих родов немного увеличилась. В целом, долгосрочная тенденция в отношении рождения второго ребенка не является простой: их доля от общего числа рождений неуклонно растет с 2000 года.
Однако сокращение доли рождения первенцев может быть плохим знаком. Это говорит о том, что некоторые женщины не вступают в материнство, либо откладывают его на потом, либо вообще отказываются от материнства.
В период с 2011 по 2021 годы доля нерожавших женщин увеличивается в возрастных группах 30-34 и 35-39 лет, как показывают последние две Всеобщие переписи населения. Конечно, есть надежда, что у них еще будут дети, но в меньшей степени, чем у старшего поколения. Тем более, что доля нерожавших женщин в возрастных группах 40-44 и 45-49 лет увеличивалась.
В целом, если демографы годами говорили, что проблема рождаемости в Литве заключается в рождении вторых и последующих детей, похоже, мы вступили в фазу, когда рождение первого ребенка становится демографической проблемой. Это будет уже не краткосрочный вопрос, а фундаментальный фактор, который окажет долгосрочное влияние на будущее рождаемости.
Откладывается желание иметь детей
“С оптимизмом можно ожидать, что снижение кривой рождаемости в 2020 и 2021 годах будет лишь краткосрочным. Это ответ на неопределенность, вызванную пандемией и экономическими проблемами. Летом 2021 года репрезентативный опрос 30-34-летних, проведенный мной и моими коллегами, показал, что четверть молодых людей, планирующих завести детей, отложили свои планы на будущее.
Те, кто более уязвимы в экономическом плане, кто имеет более низкий уровень образования, кто заявлял о финансовых трудностях, значительно чаще откладывали деторождение. Хотя не только Литва столкнулась с экономической неопределенностью, вполне вероятно, что гарантии социальной политики сработали более эффективно в других странах”, — сказала она.
Поэтому очевидно, что мы вступили в новую демографическую фазу рождаемости, которая не предвещает ничего хорошего. Хотя часть причин нынешней ситуации связана с пандемией, существуют и другие, более фундаментальные демографические и социальные факторы. Минимизация их воздействия требует как более глубоких исследований, так и более обоснованных решений в области государственной политики.
